 |
vol. title: Russian Newspaper Articles vol. period: 1878-1880 pages in vol.: 231 Continuation from Moskovskie Vedomosti, No. 97, 7 April 1880. Damaged wording is restored from the exact newspaper original and marked in the text. Narrow remnants of a folded printed column are visible along the right edge. |
< From the Caves and Wilds of Hindustan (continued from page 6-163) >
Если въ семьѣ родится уродъ, то и это не препятствуетъ ему жениться; онъ только долженъ подобрать себѣ такую же калѣку-жену. Если выборъ его падетъ на дѣвушку изъ собственной касты, то она непремѣнно должна быть калѣкой, подъ условіемъ представлять увѣчье другаго рода. Если женихъ напримѣръ слѣпой, то невѣста обязана быть или горбатою или хромою и т. д. лишь бы не слѣпою, и наоборотъ. Но если кандидатъ въ мужья имѣетъ предразсудки и предпочитаетъ здоровую и красивую жену, то онъ долженъ совершить mésalliance: въ этомъ случаѣ онъ не можетъ добыть себѣ невѣсту въ собственной кастѣ, а обязанъ въ іерархіи кастъ спуститься одною ступенью ниже и искать себѣ пары внѣ своего круга; его же кругъ и не признаетъ и не приметъ несчастную parvenue. Всѣ такія исключенія, впрочемъ, зависятъ отъ вдохновляемаго богами семейнаго брамана (гуру). Это по части мужчинъ. Но что за странная невѣроятно-несправедливая участь выпала во всѣхъ жизненныхъ условіяхъ на долю несчастной женщины Индіи! Жизнь честной и особенно богомольной, вѣрующей женщины не что иное какъ длинный рядъ роковыхъ для нея событій. Чѣмъ выше она стоитъ по рожденію и своему общественному положенію, тѣмъ горше ея судьба. Однѣ нао́тчи—танцорки, посвященныя богамъ и служащія при храмахъ (должность наслѣдственная), свободны, счастливы и живутъ въ великомъ почетѣ. Онѣ весталки и дочери весталокъ, какъ ни странно послѣднее выраженіе. Взглядъ Индусовъ, особенно въ вопросахъ о нравственности,—самобытный и во всякомъ случаѣ „анти-западный“, если можно такъ выразиться. Никто не относится строже этого народа къ женской чести и цѣломудрію; но ихъ браманы перехитрили даже римскихъ верховныхъ жрецовъ и авгуровъ. У древнихъ Римлянъ Реа-Сильвія, напримѣръ, мать Ромула и Рема, несмотря на то что въ ея faux pas участвовалъ богъ Марсъ, была, по обычаю весталокъ, погребена за этотъ проступокъ живою, и Нума съ Тиверіемъ, какъ извѣстно, тщательно позаботились дабы цѣломудріе ихъ жрицъ не сдѣлалось чисто номинальнымъ. Но „весталки“ береговъ Индуса и Ганга понимаютъ дѣло иначе нежели его понимали на Тибрѣ. Одно тѣсное знакомство нао́тчей съ богами (которыхъ браманы замѣняютъ по прокуратурѣ) очищаетъ нао́тчей ото всѣхъ плотскихъ грѣховъ, содѣлывая ихъ въ одно и то же время безукоризненными и безпорочными. Нао́тча не можетъ быть „падшею женщиной“ какъ другія смертныя, несмотря на кучу „божественныхъ музыкантовъ“ снующихъ въ пагодахъ въ видѣ маленькихъ весталокъ и ихъ братцевъ. Никакая между тѣмъ римская матрона, даже сама цѣломудренная Лукреція, не была въ такомъ почетѣ за свои добродѣтели какъ осыпанная драгоцѣнностями красавица нао́тча. Это уваженіе къ „любимицамъ боговъ“ особенно проявляется въ чисто туземныхъ центральныхъ городахъ Индіи гдѣ народъ сохранилъ всю свою слѣпую вѣру въ непогрѣшимость брамановъ.
Не такова участь бѣдной честной женщины въ Индостанѣ. Нао́тчи всѣ грамотныя и получаютъ самое высокое по туземнымъ понятіямъ образованіе. Онѣ читаютъ и пишутъ по-санскритски, изучили лучшую литературу древней Индіи и ея шесть главныхъ философій, изъ коихъ въ особенности музыку, пѣніе и танцы. Но кромѣ этихъ „богорожденныхъ“ храмовыхъ жрицъ, есть еще публичныя нао́тчи, профессіональныя танцорки, которыя какъ египетскія „альмеи“ доступны и не однимъ богамъ; и эти тоже болѣе или менѣе всѣ грамотныя. Поэтому замужнія женщины, боясь малѣйшаго поравненія къ послѣднимъ, не желаютъ учиться ничему такому чему учатся эти презираемыя, незнакомыя съ богами существа. Если браманка богата, она проводитъ въ одуряющемъ бездѣйствіи всю свою жизнь; если бѣдна—еще хуже: все ея земное существованіе сосредочивается въ однообразнѣйшемъ соблюденіи механически совершаемыхъ обрядовъ. Нѣтъ для нея ни прошлаго, ни будущаго; одно по часамъ заведенное, вѣками установленное, монотонное настоящее. И это еще при счастіи, пока жизнь ея идетъ гладко и безъ семейныхъ утратъ. О замужествѣ же по любви или по свободному выбору не можетъ быть и рѣчи. Выборъ для нея жениха, ограниченный собственною кастой, иногда чрезвычайно затруднителенъ и во всякомъ случаѣ разорителенъ, потому что здѣсь жену не продаютъ, а покупаютъ ей право выйти замужъ. Вслѣдствіе этого рожденіе дѣвочки не радость, а горе, особенно въ небогатомъ семействѣ. Она должна быть выданною замужъ не позже семи, восьми лѣтъ, потому что девятилѣтняя дѣвочка считается здѣсь уже „старою дѣвкой“, и, принося лишь безчестіе роднымъ, навлекаетъ на себя насмѣшки всѣхъ своихъ болѣе счастливыхъ сверстницъ.
Если когда-либо Англичане сдѣлали что хорошее въ Индіи, то это безъ сомнѣнія въ тѣ дни когда они успѣли подавить, если не совершенно искоренить ужасный обычай дѣтоубійства. Убіеніе дѣвочекъ почти во всеобщемъ употребленіи въ этой странѣ; оно особенно практиковалось въ центральной Индіи и болѣе всего свирѣпствовало между племенемъ „Джадеджа“, нѣкогда столь могущественнымъ въ Синдхѣ, а нынѣ сдѣлавшимся простымъ разбойничьимъ племенемъ. По всѣмъ вѣроятіямъ, они первые и ввели его. Въ древности этотъ звѣрскій обычай—отдѣлываться отъ дочерей изъ-за страха обязательнаго выдаванія ихъ замужъ, не былъ извѣстенъ Арійцамъ. Даже въ старинной браманской литературѣ мы видимъ что во времена преобладанія чистокровныхъ Арійцевъ женщина пользовалась одинаковыми съ мужчиной правами. Она имѣла голосъ въ государственныхъ совѣтахъ, была свободна въ выборѣ супруга, какъ и властна предпочесть безбрачіе замужней жизни. Много знаменитыхъ женскихъ именъ играетъ первенствующія роли въ хроникахъ древней земли Арійцевъ Они перешли въ потомство, какъ имена женщинъ-поэтовъ, астрономовъ, философовъ и даже мудрецовъ и законниковъ.
Но съ набѣгомъ Персовъ въ VII столѣтіи нашей эры, а затѣмъ фанатическихъ, разбойничьихъ магометанъ все измѣнилось: женщина стала рабой, а браманы воспользовались этимъ дабы еще болѣе закрѣпостить ее. Въ городахъ доля женщинъ-Индіанокъ еще печальнѣе нежели судьба поселянки. Взглянемъ на одну безконечную канитель церемоній и обрядовъ:
Церемоніи предшествующія предложенію и свадьбѣ чрезвычайно многочисленны и сложны. Ихъ раздѣляютъ на три главныя группы: церемоніи до свадьбы, во время бракосочетанія и послѣ брака. Въ одной первой группѣ одиннадцать необходимыхъ обрядовъ: сватовство, сравненіе двухъ гороскоповъ, жертвоприношеніе козла, назначеніе счастливаго по звѣздамъ дня, приглашеніе гостей, постройка алтаря, закупка священныхъ горшковъ для хозяйства, жертвоприношеніе семейнымъ богамъ и наконецъ взаимные подарки. Все это совершается съ разными обрядами и религіозными церемоніями. Какъ только дочь достигла четырехлѣтняго возраста, отецъ и мать посылаютъ за домашнимъ гуру-браманомъ, вручаютъ ему только что снятый астрологомъ касты (должность весьма важная) гороскопъ дѣвочки и посылаютъ къ такому-то, у кого есть сынъ въ лѣтахъ. Предупрежденный заранѣе отецъ мальчика беретъ гороскопъ и положивъ его предъ семейными богами въ кумирнѣ отвѣчаетъ: „Соглашаюсь на па́ниграханъ.... Да поможетъ намъ Рудра (Всевышній.)! * Затѣмъ спросивъ: Когда же магны (соединеніе)? сватъ откланивается. Чрезъ нѣсколько дней отецъ вручаетъ своему семейному жрецу гороскопы невѣсты и жениха-сына, которые относятся къ главному астрологу. Найдетъ онъ оба благопріятными—ладно; скажетъ что нѣтъ, и сватовству конецъ; отецъ жениха отсылаетъ тогда резолюцію астролога къ родителямъ дѣвочки, и дѣло предается забвенію. Въ благопріятномъ же случаѣ отецъ и браманъ тутъ же кончаютъ сдѣлку. Браманъ подаетъ отцу кокосовый орѣхъ и пригоршню сахару, и послѣ этого обѣщанія уже нельзя измѣнить, иначе vendetta Индусовъ затянется на цѣлыя поколѣнія. Приносится въ жертву козелъ, и молодые обручены, а затѣмъ астрологомъ назначается день свадьбы.
Всѣ эти церемоніи были уже давно совершены въ семействѣ къ которому мы, въ Багхѣ, отправлялись на свадьбу. Эти обряды считаются особенно священными, и насъ вѣроятно и не допустили бы присутствовать при совершеніи ихъ. Но мы ихъ увидѣли позднѣе въ Бенаресѣ, благодаря ходатайству бабу. Принесеніе въ жертву бѣднаго козла чрезвычайно интересно; передаю его въ подробности.
Ребенокъ мужскаго пола посылается приглашать нѣсколько замужнихъ женщинъ „старухъ“ (отъ 20 до 25 лѣтъ) пожаловать на поклоненіе домашнимъ марамъ (богинѣ-покровительницѣ того дома) и духамъ. Каждое семейство выбираетъ себѣ свою особую богиню, что при 333 милліонахъ боговъ и богинь не составляетъ особеннаго затрудненія. Вечеромъ приносятъ юнаго козла, и всѣ ложатся вокругъ него спать.
<... continues on page 6-165 >