 |
vol. title: Russian Newspaper Articles vol. period: 1878-1880 pages in vol.: 231 Read the left, middle and right columns. The two printed notes are gathered after the text. The text continues the instalment begun on page 6-180, printed as Letter XXII in Moskovskie Vedomosti, No. 137, 19 May 1880, p. 4. |
< From the Caves and Wilds of Hindustan (continued from page 6-180) >
ный родъ человѣкоубійства въ Индіи. Какъ дознались наконецъ въ сороковыхъ годахъ, то было разбойничество ради грабежа. Извращенныя понятія о значеніи Кали являлись лишь однимъ ловкимъ предлогомъ: въ этомъ случаѣ богиня служила злодѣямъ одною ширмой. Иначе, какимъ же образомъ объяснить присутствіе столькихъ мусульманъ въ средѣ ея поклонниковъ Индусовъ? Большинствомъ между „рыцарями румаля“ или священнаго платка коимъ удавливались жертвы—явились въ день расправы Магометане; самыми знаменитыми между ихъ вождями, какъ напримѣръ Ахмедъ, были не Индійцы, а сыны пророка, такъ что въ числѣ послѣднихъ тридцати семи переловленныхъ полиціей тэговъ находились двадцать два мусульманина. Понятно что религія послѣднихъ, не имѣя ничего общаго съ богами Индіи, не играла въ этомъ случаѣ никакой роли: тутъ являлась другая побудительная причина—попросту грабежъ. Правда, окончательный обрядъ посвященія въ тэгизмъ * былъ совершаемъ въ лѣсахъ предъ ужаснымъ, покрытымъ четками изъ человѣческихъ череповъ идоломъ Бавани. ** До того времени тэгъ проходилъ курсъ ученія, состоявшій въ преподаваніи особенно труднаго пріема набрасывать на шею невѣдущей своей судьбы и заранѣе отмѣченной жертвы румаль, душить человѣка такъ чтобъ онъ умеръ мгновенно, не испустивъ и малѣйшаго стона. Въ этомъ обрядѣ посвященія роль которую приписывали богинѣ имѣла значеніе извѣстныхъ символовъ, въ родѣ тѣхъ которые во всеобщемъ употребленіи у фран-масоновъ, какъ напримѣръ обнаженный кинжалъ, черепъ и даже воскрешаемый „гроссъ-мейстеромъ“ ложи трупъ убитаго Гирама Абифа „сына вдовы;“ Кали же служила не болѣе какъ сценическою обстановкой для другихъ цѣлей. Тэгизмъ былъ тѣмъ же фран-масонствомъ, съ особенными знаками взаимнаго распознаванія, паролемъ и своимъ непонятнымъ непосвященному жаргономъ—только съ преступною цѣлью; между тѣмъ фран-масонство въ нашъ вѣкъ есть совершенно безвредное (кромѣ развѣ для кармановъ самихъ масоновъ) времяпрепровожденіе. Какъ масонскія „ложи“ принимаютъ безразлично атеистовъ и христіанъ, такъ и тэги принимали воровъ и разбойниковъ всѣхъ націй, и даже говорятъ будто между ними бывали Англичане и Португальцы.
Бѣдный поэтическій Шива, несчастная Бавани! Какую гнусную роль изобрѣло для нихъ народное невѣжество, олицетворивъ эти глубоко философскіе, полные поэзіи и познанія природы, типы! Шива, въ своемъ первобытномъ значеніи—въ одно и то же время всесокрушающая и всевозмѣщающая сила природы. Тріада Индусовъ—аллегорическое представленіе главныхъ стихій: огня, земли и воды. Всѣ трое: Брама, Вишну и Шива, въ своихъ различныхъ фазисахъ, поперемѣнно изображаютъ эти стихіи; но Шива богъ огня гораздо болѣе чѣмъ Вишну: онъ сожигаетъ и вмѣстѣ съ тѣмъ очищаетъ, возрождая какъ фениксъ изъ пепла новыя, полныя свѣжей жизни формы. Шива-Сункаренъ разрушитель и Шива-Ракшака—возродитель. Онъ представляется съ пламенемъ на лѣвой ладони и съ жезломъ умерщвленія и вмѣстѣ воскрешенія (Сулайютхамъ) въ правой рукѣ. Его поклонники носятъ на лбу, между бровями, его знакъ: три параллельныя горизонтально проведенныя линіи, и рисуютъ его распущенною въ водѣ золой (остатки перегорѣвшихъ въ огнѣ веществъ), называемою у нихъ вибутхи (очищенное вещество). Цвѣтъ кожи Шивы желто-розовый, переходящій въ пламенно-красный, а его шея, голова и руки обвиты змѣями—эмблемами вѣчности и постояннаго возрожденія. „Какъ змѣя вылѣзаетъ изъ старой кожи и является въ новой, такъ и человѣкъ умирая появляется въ другомъ, болѣе чистомъ тѣлѣ“—говорятъ Пураны... Въ свою очередь его жена Кали—аллегорическое представленіе земли, оплодотворяемой пламенемъ солнца... Если поклонники ея позволили убѣдить себя въ томъ что она должна любить человѣческія жертвы, то это только потому что земля любитъ де органическую тлѣнь удобряющую ее и помогающую ей возрождать изъ стараго отжившаго пепла новыя и свѣжія силы. Шиваиты, сожигая своихъ покойниковъ, ставятъ у головы костра Шиву; но собравъ пепелъ и разсыпая оный по водѣ и землѣ, они призываютъ увѣнчанную черепами „Кали“ дабы богиня приняла въ нѣдра свои очищенный священнымъ огнемъ пепелъ и развила въ немъ новые зародыши жизни... Какой истины не исказитъ подъ конецъ грубое суевѣріе невѣжества! И вотъ, такимъ-то образомъ извращенная эмблема попала въ руки разбойниковъ—тэговъ. Но, по ихъ понятіямъ, богиня требуя человѣческихъ жертвъ, въ то же время ненавидѣла кровь: они рѣшили убивать—не пачкая рукъ.
Мы посѣтили одного древняго старика, бывшаго тэга. Отбывъ свой срокъ на Андаманской каторгѣ, онъ, вслѣдствіе искреннихъ сознаній и какихъ-то услугъ правительству, былъ прощенъ. Вернувшись въ родную деревню, онъ теперь безмятежно кончаетъ дни занимаясь веревочнымъ мастерствомъ, профессія выбранная имъ вѣроятно въ силу пріятныхъ воспоминаній объ удальствѣ юности. Онъ посвятилъ насъ въ искусство „тэгизма“, сперва въ теоріи, а затѣмъ любезно предложилъ, если мы купимъ ему барана, показать намъ свою ловкость и на практикѣ. Онъ желалъ доказать намъ, говорилъ онъ, какъ легко, менѣе чѣмъ въ три секунды, отправить на тотъ свѣтъ живое существо: вся тайна искусства заключается въ ловкой и быстрой игрѣ суставами пальцевъ правой руки. Чуть бывало раздастся условный и роковой крикъ совы (птица посвященная Бавани-Кали), будь тамъ хоть двадцать ловко заманенныхъ въ западню путниковъ—за каждымъ изъ нихъ стоялъ уже „тэгъ.“ Одна секунда, и румаль уже на шеѣ жертвы а привычные желѣзные пальцы „тэга“ крѣпко держатъ оба конца „священнаго платка“; еще мгновеніе—суставы пальцевъ, сдавливая шейную кость, совершали извѣстный артистическій поворотъ—и жертва падала бездыханною! Ни стона, ни крика... Тэги поражали съ быстротою молніи. Задушеннаго тотчасъ же относили въ заранѣе приготовленную въ лѣсу, часто подъ русломъ ручьевъ или временно высыхающихъ рѣкъ, глубокую яму и зарывали ее. Слѣдъ такъ и простывалъ. А тридцать лѣтъ тому назадъ, когда еще не было ни настоящихъ желѣзныхъ дорогъ, ни системы управленія нынѣшней, кто зналъ или безпокоился объ исчезновеніи отправившагося въ путь мусульманина, либо Индуса, кромѣ развѣ самыхъ близкихъ къ нему людей? Къ тому же, страна наполняема тиграми, какъ видно предназначенными судьбою отвѣчать за свои и за чужіе грѣхи. Кто бы ни исчезъ, бывало все одинъ отвѣтъ: „тигры съѣли!...“
То была удивительно искусно организованная система! Ловкіе сообщники браманы рыскали по всей Индіи, заѣзжая преимущественно въ большіе города, распрашивая и разузнавая на базарахъ—этихъ общественныхъ клубахъ Азіятскихъ народовъ—когда и куда кто отправляется въ путь; стращали путниковъ тэгами и совѣтовали ѣхать съ такой или другой партіей, переодѣтыхъ тэговъ конечно. Успѣвъ заманить несчастныхъ, они предупреждали разбойниковъ и получали за это коммисію смотря по заработку. Долго эти неуловимыя, невидимыя шайки, разсѣянныя по всей странѣ и работающія партіями отъ 10 до 60 человѣкъ, гуляли на волѣ, но наконецъ попались. Слѣдствіе открыло ужасныя, отвратительныя тайны: къ этимъ шайкамъ принадлежали богатые банкиры, браманы-жрецы, мелкопомѣстные раджи и даже нѣсколько туземныхъ на англійской службѣ чиновниковъ. За эту услугу Остъ-Индская Компанія во истину заслуживаетъ народной благодарности въ Индіи!
Барана мы старому разбойнику не купили, а денегъ ему дали. Изъ благодарности, онъ предложилъ было полковнику показать, на собственной его американской шеѣ, всѣ предварительныя ощущенія румаля, обѣщая, конечно, избавить его отъ послѣдней, знаменитой „подвертки“. Но нашъ президентъ великодушно отказался...
На обратномъ пути мы остановились возлѣ „Муддуль-Махала“—другаго безпричиннаго куріоза: это домъ построенный неизвѣстно кѣмъ и для чего, на огромномъ округленномъ валунѣ. Этотъ камень (должно-быть съ родни кромлехамъ Кельтійскихъ друидовъ) при малѣйшемъ къ нему прикосновеніи качается во всѣ стороны, вмѣстѣ съ домомъ и тѣми кто въ него полюбопытствуетъ залѣзть. Мы конечно полюбопытствовали, и только благодаря бдительности ходившихъ за нами какъ нѣжныя няньки Нараяна, Бабу, да Такура, сохранили въ цѣлости наши носы...
Удивительный народъ эти туземцы! Не думаю чтобы нашлась въ природѣ такая штука на которой бы они не могли усидѣть съ величайшимъ комфортомъ, только предварительно и слег-<... continues on page 6-182 >
* Слово „тэгъ“ (thug) означаетъ просто воръ или разбойникъ.
** Другое имя той же богини: тэги звали ее Бавани.