 |
vol. title: Russian Newspaper Articles vol. period: 1878-1880 pages in vol.: 231 |
ИЗЪ ПЕЩЕРЪ И ДЕБРЕЙ ИНДОСТАНА.*
Агра, какъ и многіе другіе города, построена на могилахъ многихъ предшественниковъ. Настоящій ея видъ, за исключеніемъ историческихъ великолепныхъ строеній и памятниковъ—большею частью остатковъ Могуловъ—самый плачевный. Грязь, вонь и ужасная—судя по наружному виду жилищъ—нищета преобладаютъ въ мусульманскихъ кварталахъ. Индусы „отуречились“ и потеряли здѣсь всю свою оригинальность. Агра—преддверіе въ Раджистанъ, родъ лакейской, въ которой „господа“ не живутъ, но черезъ которую они только случайно проходятъ. Англичане, какъ и во всѣхъ другихъ городахъ, отдѣлясь китайскою стѣной казармъ и гордости отъ туземцевъ, живутъ совершенно особнякомъ. У нихъ свой кварталъ гдѣ не осмѣлится поселиться ни одинъ „негръ“, далеко отъ Джумны и Таджъ-Махала, стоящаго недалеко отъ Моти Масжида, извѣстнаго въ народѣ подъ поэтическимъ именемъ „жемчужной мечети“. Дѣйствительно, какъ Масжидъ, такъ и Таджъ можно буквально и безо всякой восточной метафоры сравнить съ жемчужинами на кучѣ навоза...
Но чтò за драгоцѣнная жемчужина послѣдній! Исчерпавъ всѣ потоки краснорѣчія въ описаніяхъ Дельи, мнѣ теперь приходится описывать это восьмое чудо свѣта, Таджъ Махалъ, и я чувствую себя совершенно неспособною къ исполненію подобной задачи. Еслибы возможно было вызвать изъ таинственной области промелькнувшихъ на землѣ образовъ, о существованіи которой насъ учатъ алхимики и Кабалисты, самыя поэтическія грезы Микель Анджело, то, быть-можетъ, тотъ кто не видалъ Таджа въ дѣйствительности успѣлъ бы создать себѣ подходящій къ нему образъ. Онъ представилъ бы себѣ этотъ величественный мавзолей, громадный какъ готическій соборъ, законченный какъ драгоцѣнный царскій вѣнецъ: его четыре жемчужно-бѣлые купола по угламъ квадрата, среди коихъ, возвышаясь надъ ними на 50 ф., сверкаетъ центральный куполъ, увѣнчанный двумя золотыми шарами и золотымъ полумѣсяцемъ** и сіяя словно перлъ на мягкой синевѣ неба... Далеко ото всякаго другаго зданія, окруженный прелестнѣйшимъ садомъ, Таджъ Махалъ стоитъ одинъ въ своей невыразимой единственной красотѣ на берегу голубой Джумны, отражающей его чистый, горделивый обликъ... Это зданіе до такой степени совершенно въ своихъ архитектурныхъ размѣрахъ, очаровательно и закончено въ исполненіи малѣйшихъ деталей, и вмѣстѣ съ тѣмъ величественно въ своей простотѣ что не знаешь чему болѣе удивляться, плану ли, работѣ, или же матеріалу!..
Этотъ матеріалъ—массы самаго дорогаго бѣлаго мрамора, изрѣдка перемѣшаннаго съ чернымъ и желтымъ, перламутра, мозаики, яшмы, агата, изумрудовъ, аквамарины, жемчуга и сотни другихъ камней. Но бѣлый мраморъ преобладаетъ. Во всемъ зданіи, отъ верхушки купола до послѣдняго вершка фундамента, нѣтъ ни одного гвоздя, ни атома стекла или какого-либо дерева. Даже водосточныя трубы мраморныя; а стѣны до того отшлифованы что, отражая на блестящей поверхности своей неуловимыя тѣни небесъ и зелени, онѣ напоминаютъ скорѣе чистѣйшій перламутръ нежели мраморъ. Мы еле могли повѣрить что Таджъ—работа смертныхъ; и были вполнѣ готовы проглотить мѣстную легенду увѣряющую правовѣрныхъ будто неутѣшный халифъ былъ вознесенъ во время сна нѣкимъ святымъ дервишемъ въ райскую обитель Магомета, гдѣ самъ Аллахъ повелѣлъ архангелу Гавріилу снять для него планъ одной изъ своихъ обителей. По этому плану и былъ выстроенъ Таджъ Махалъ; надъ тѣломъ его обожаемой Мамтазы, извѣстной подъ названіемъ Арзумундъ-Бану—„вѣнца Сераля“...***
Подъѣзжая со стороны Джумны, первый бросающійся въ глаза предметъ—массивный четырехугольникъ изъ ослѣпительно бѣлаго мрамора въ 960 футовъ въ квадратѣ и 4 въ вышину. То платформа,—пьедесталъ по истинѣ достойный такого памятника! Самый низъ подножія—изъ краснаго песчаника, но почти теряется въ прибрежной зелени кустовъ. По обѣимъ сторонамъ по одной мечети, тоже изъ песчаника, съ накладными узорами изъ чернаго и бѣлаго мрамора и тремя бѣлыми куполами на каждой. Но эти мечети какъ бы не принадлежатъ къ памятнику, а словно поставлены двумя безсмѣнными часовыми возле него. На первой платформѣ возвышается вторая, въ 400 ф. въ квадратѣ и въ 60 въ вышину, тоже изъ бѣлаго мрамора; и по ея четыремъ угламъ, блестя на солнцѣ какъ четыре ледяныя башни, стоятъ высокіе, необычайно изящные минареты, по 150 ф. вышины каждый, изъ того же матеріала и подъ такими же куполами. Императорскій мавзолей съ саркофагами внутри стоитъ на сѣверной сторонѣ четырехугольника. Входъ къ главному строенію черезъ великолепныя ворота со сводомъ, красныя стѣны коего, всѣ покрытыя изреченіями изъ Корана, накладной работы изъ чернаго мрамора; затѣмъ—садъ, разбитый на четыреугольные скверы съ фонтанами въ мраморныхъ бассейнахъ, окруженные партерами самыхъ рѣдкихъ цвѣтовъ и полный вѣковыхъ кипарисовъ, темная зелень которыхъ превосходно гармонируетъ съ общимъ видомъ бѣлаго зданія. Прямо предъ входомъ длинная тѣнистая аллея замыкается широкою мраморною<... continues on page 6-219 >
* См. Моск. Вѣд. 1879 года: №№ 305, 306, 310, 315, 317, 319, 321, 324. Особ. Приб. къ № 329, № 332 и 1880 года: №№ 28, 36, 48, 55, 64, 69, 76, 80, 81, 88, 97, 112, 115, 117, 129, 137, 145, 154, 165, 179, 200, и 1881 года: №№ 23, 40 и 54.
** Этотъ куполъ 70 ф. въ діаметрѣ и 200 вышины отъ фундамента нижней террасы.
*** Исторія Индіи до того сбивчива и неаккуратна что одни историки увѣряютъ что Мамтуза была родная внучка Акбара, а другіе что она была лишь женой его внука Шахъ-Джегана, отца знаменитаго Аурунгезеба. Но послѣднее теперь уже не подлежитъ сомнѣнію.
Editor's notes
- ↑ Изъ пещеръ и дебрей Индостана by unknown author