 |
vol. title: Russian Newspaper Articles vol. period: 1878-1880 pages in vol.: 231 Letter VIII continues from page 128 and ends below; Letter IX begins in the third column. The printed third footnote belongs to the passage continuing on page 132. |
< From the Caves and Wilds of Hindustan (continued from page 6-128) >
Обливавшее все впереди его сіяніе мѣсяца было такъ сильно что черная тѣнь подъ нависшею надъ нимъ скалой дѣлалась еще непроницаемѣе, оставляя его лицо совершенно во мракѣ. Только вспыхивающее по временамъ яркое пламя догорающихъ костровъ, обливая темно-бронзовое лицо горячею струей, дозволяло порой разглядѣть неподвижныя черты сфинксо-подобнаго лика, да какъ угли свѣтящіеся, такіе же неподвижные зрачки.
Чтò это? спитъ ли онъ или замеръ? Замеръ, какъ замираютъ посвященные раджь-іоги о которыхъ онъ намъ разказывалъ утромъ.... О Боже мой! хоть бы заснуть.... Вдругъ громкое продолжительное шипѣнье раздавшееся у самаго уха, какъ бы изъ-подъ сѣна на которомъ мы свернулись, заставило меня внезапно вскочить съ какими-то неясно опредѣленными воспоминаніями о „кобрѣ“. Затѣмъ пробило разъ, другой.... То былъ нашъ американскій дорожный будильникъ, какъ-то нечаянно попавшій подъ сѣно. Сдѣлалось и смѣшно, и стыдно за невольный испугъ.
Но ни шипѣнье, ни громкій бой часовъ, ни мое быстрое движеніе, заставившее миссъ В*** сонливо приподнять голову, не пробудили Гулабъ-Синга который все также висѣлъ надъ пропастью какъ и прежде. Прошло еще съ полчаса. Несмотря на долетавшій издалека гулъ празднества, все кругомъ было тихо и неподвижно; сонъ бѣжалъ отъ меня все болѣе и болѣе. Подулъ свѣжій предразсвѣтный и довольно сильный вѣтеръ, разомъ зашелестѣвшій листьями и вскорѣ закачавшій кругомъ насъ вершинами торчавшихъ изъ бездны деревъ. Все мое вниманіе было теперь сосредоточено на группѣ трехъ сидѣвшихъ предо мною Раджпутовъ: на двухъ щитоносцахъ и ихъ господинѣ. Не знаю почему, но оно было особенно привлечено въ эту минуту длинными развѣвавшимися по вѣтру волосами слугъ сидѣвшихъ съ боку веранды и болѣе защищенныхъ отъ вѣтра нежели ихъ саибъ. Взглянувъ въ его сторону, мнѣ показалось будто вся кровь у меня застыла въ жилахъ: висѣвшую возлѣ него и крѣпко привязанную къ колоннѣ топи (кисейную вуаль) хлестало со всѣхъ сторонъ вѣтромъ; длинные же волосы саиба лежали неподвижно словно приклеенные къ плечамъ: ни одинъ волосъ не шевелился, ни малѣйшаго движенія въ легкихъ складкахъ обвивавшей его бѣлой кисеи; изваянная статуя не можетъ казаться неподвижнѣе....
Да, чтожъ это такое? Бредъ, галлюцинація или изумительная, непонятная дѣйствительность? Крѣпко зажмуривъ глаза, я было рѣшилась не глядѣть долѣе. Въ эту минуту что-то захрустѣло въ[1] двухъ шагахъ отъ ступени, и длинный, черный силуэтъ—не то собаки, не то дикой кошки—ясно очертился на свѣтломъ фонѣ неба. Животное стояло на краю обрыва бокомъ, и высокій, трубою хвостъ то подымался, то опускался въ воздухѣ.... Оба Раджпута быстро, но неслышно встали и повернули голову къ Гулабъ-Сингу, какъ бы ожидая приказаній.... Да гдѣ же самъ Гулабъ-Сингъ? На мѣстѣ гдѣ за минуту до того онъ такъ неподвижно сидѣлъ, никакого не оказалось; лежала лишь одна сорванная вѣтромъ топи.... Страшный, продолжительный ревъ вдругъ оглушилъ меня, заставивъ вскочить на ноги; ревъ этотъ проникнувъ въ вихару, казалось, разомъ пробудилъ уснувшее эхо и отозвался глухими раскатами вдоль всего обрыва. Господи.... тигръ! Не успѣла эта мысль еще ясно сложиться въ умѣ моемъ какъ захрустѣли деревья, и словно чье-то тяжелое тѣло покатилось въ пропасть. Всѣ мгновенно вскочили; мужчины схватились за ружья и револьверы; произошла страшная суматоха...
— Что съ вами? раздался спокойный голосъ Гулабъ-Синга со скамьи гдѣ онъ снова сидѣлъ какъ ни въ чемъ не бывало.—Чтò это васъ всѣхъ испугало?
— Тигръ! Вѣдь это былъ тигръ? посыпались вопросы Европейцевъ и Индусовъ. Миссъ В*** дрожала какъ въ лихорадкѣ.
— Тигръ или что другое, теперь это для насъ очень мало значитъ. Что бы оно ни было, теперь оно лежитъ на днѣ пропасти, отвѣчалъ зѣвая Раджпутъ. Вы, кажется, особенно встревожены?—добавилъ онъ съ легкою ироніей въ голосѣ обращаясь къ истерически рыдавшей Англичанкѣ, которая видимо колебалась упасть ли ей въ обморокъ или нѣтъ.
— И почему это правительство не уничтожитъ всѣхъ этихъ ужасныхъ звѣрей? всхлипывала наша миссъ, вполнѣ вѣрующая во всемогущество своего правительства.
— Вѣроятно потому что нашимъ повелителямъ едва достаетъ пороху на насъ самихъ, дѣлая намъ честь считать насъ опаснѣе тигровъ, отрѣзалъ Гулабъ-Сингъ. Чѣмъ-то грознымъ и вмѣстѣ насмѣшливымъ звучало это слово „повелители“ въ устахъ Раджпута.
— Но какимъ же образомъ вы отдѣлались отъ „полосатаго“? допытывался полковникъ.—Развѣ кто стрѣлялъ?
— Огнестрѣльное оружіе только у васъ, Европейцевъ, считается единственнымъ или по крайней мѣрѣ самымъ вѣрнымъ способомъ одолѣвать дикихъ звѣрей. У насъ, дикарей, есть и другія средства, даже болѣе безопасныя, пояснилъ бабу Нараинъ Дасъ-Сенъ.—Вотъ, когда вы пріѣдете къ намъ въ Бенгалію, то будете имѣть хорошій случай познакомиться съ тиграми; они приходятъ къ намъ непромѣнно и днемъ и ночью, даже въ городахъ...
Начинало свѣтать, и Гулабъ-Сингъ предложилъ спуститься внизъ и до первыхъ жаровъ осмотрѣть другія пещеры и развалины крѣпости. Въ пять минутъ все было готово къ завтраку, и въ половинѣ четвертаго мы отправились другою, болѣе покатою дорогой въ долину, на этотъ разъ безъ особенныхъ приключеній. Только Махратъ, не говоря ни слова, отсталъ отъ насъ и исчезъ.
ИЗЪ ПЕЩЕРЪ И ДЕБРЕЙ ИНДОСТАНА.
Осмотрѣвъ Логархъ, крѣпость взятую Сиваджи въ 1670 году отъ Могуловъ, и нынѣ разрушенные покои гдѣ вдова Нана Фарнавизы,** подъ предлогомъ протекціи и 12.000 рупій пенсіи со стороны Англіи, сдѣлалась de facto плѣнницей генерала Уелезлея (Wellesley) въ 1804 году, мы поѣхали въ богатую и когда-то укрѣпленную деревню Варгаонъ. Тамъ мы рѣшили прождать знойные часы (отъ 9 часовъ утра до 4 пополудни) и потомъ ѣхать въ исторически знаменитыя пещеры Бирзы и Баджахъ, миляхъ въ трехъ отъ Карли.
Варгаонъ знаменитъ двумя постыдными для Англичанъ историческими событіями. Значительной силы войско было тамъ побито горстью Махратовъ 12 и 13 января 1779 года; тогда бомбейскій губернаторъ Горнби, сговорившись съ бывшимъ Пешвой, Рагхунатомъ Рао, утвердить его регентомъ къ Пунѣ съ 4мя тысячами войска, изъ которыхъ 600 человѣкъ были Англичане, послалъ привести въ силу этотъ договоръ, президента совѣта Карнака который осрамилъ свое отечество и честь Остъ-Индской компаніи, измѣнивъ и регенту и своему правительству. Испуганный небольшою арміей Махратовъ, подъ начальствомъ Наны Фарнавизы,[1] Синдіи и Тукаджи Холькора, Карнакъ сперва приказалъ отступить, а потомъ вошелъ съ торжествующими Махратами въ са<... continues on page 6-132 >
* См. Моск. Вѣд. №№ 305, 308, 310, 315, 319, 321, 324 и Особое Прибавленіе къ № 329.
** Нана Фарнавиза былъ первымъ министромъ Пешвы, молодаго Махадео Рао, котораго онъ такъ строго держалъ въ рукахъ что тотъ, послѣ публично полученнаго отъ него выговора, утромъ 25 октября 1795, бросился внизъ съ террасы своего замка, въ Пунѣ, и умеръ.
*** Одинъ изъ послѣднихъ въ этомъ родѣ политико-дипломатическихъ фокусовъ, но одинъ изъ самыхъ неблагообразныхъ Іудо-предательскихъ, былъ совершенъ нашими друзьями Англичанами въ 1857 году, во время мятежа. Изо всѣхъ независимыхъ и опасныхъ для нихъ принцевъ, махараджа Синдія оставался наиболѣе преданнымъ и вѣрнымъ Англичанамъ. Понадобилось имъ,—въ виду собственной безопасности отъ сипаевъ Синдіи, которыхъ тотъ насилу сдерживалъ,—извѣстная своею силой и неприступностью крѣпость расположенная на горѣ почти надъ самымъ дворцомъ махараджи. Эту крѣпость Англичане никогда не успѣвали взять, да и не пытались. Пользуясь благорасположеніемъ Синдіи и его искреннимъ желаніемъ помочь союзникамъ, они выпросили крѣпость у него на время, поклявшись честнымъ словомъ очистить ее тотчасъ же по подавленіи мятежа. Синдія—чистый Махратъ, т.-е. жестокій и неуживчивый со врагомъ, но готовый пожертвовать жизнію за исполненіе разъ даннаго союзнику и другу слова. Онъ согласился. Англичане овладѣли знаменитою крѣпостью въ которую ихъ ввелъ самъ махараджа; мятежъ усмирили, а чрезъ годъ онъ сталъ просить правительство отдать ему назадъ крѣпость. Но вотъ уже прошло 22 года, а Англичане, подъ разными предлогами, все еще не „сдали квартиры“ откуда имъ такъ удобно наблюдать за ихъ любезнымъ союзникомъ. А теперь, какъ извѣстно, поговариваютъ даже уничтожить и армію Синдіи.
Editor's notes
- ↑ 1.0 1.1 The obscured text has been restored from the original newspaper, Moskovskie Vedomosti: Letter VIII, No. 329, 27 December 1879; Letter IX, No. 332, 31 December 1879.
- ↑ From the Caves and Wilds of Hindustan by Blavatsky, H. P. (signed as Радда-Бай), Moskovskie Vedomosti, No. 332. Printed title: “Изъ пещеръ и дебрей Индостана”. The clipping is in Russian.