 |
vol. title: Russian Newspaper Articles vol. period: 1878-1880 pages in vol.: 231 Several short strokes cross the right rule of the left clipping; author not established. |
< From the Caves and Wilds of Hindustan (continued from page 6-216) >
ствующіе Махраты увезли ворота и переплавили ихъ на рупіи; а изъ калитки сдѣлали ширму для Шивы, въ храмѣ Гвальорскаго махараджи. Куда эта калитка дѣвалась—теперь никто не знаетъ. Полагаютъ что ее въ свою очередь увезъ махараджа Бертпурскій и зарылъ гдѣ-то въ волшебныхъ садахъ Дига. Но онъ умеръ скоропостижно, и тайна о мѣстопребываніи калитки умерла вмѣстѣ съ нимъ.
До сихъ поръ въ Агрѣ ходятъ въ народѣ мрачныя преданія и сказанія о „тайномъ“ еще болѣе нежели о явномъ могуществѣ Акбара. Императоръ былъ не только великимъ государственнымъ мужемъ и полководцемъ, но и посвященъ въ темную науку некромантіи и магіи. Умирая, онъ предсказалъ что величіе рода его погибнетъ въ четвертомъ отъ него поколѣніи, въ лицѣ его правнука, и обѣщалъ явиться предъ тѣмъ царствующему императору... и сдержалъ слово. Вотъ какъ это случилось.
Великій халифъ явился Аурунгузебу „великолѣпному“ въ построенной имъ самимъ и нынѣ какъ и во времена оныя знаменитой крѣпости Агры, извѣстной подъ именемъ Акбаровскаго форта. То было въ 1680 годахъ. „Великолѣпный“ возсѣдалъ въ одно прекрасное утро на тронѣ, въ „залѣ аудіенцій“, гдѣ нѣкогда предокъ его судилъ и праваго и виноватаго, помимо всякаго свода законовъ. Исторія умалчиваетъ о томъ въ какомъ онъ находился настроеніи духа и въ какомъ состояніи находились вообще всѣ его придворные. Вѣроятнѣе всего что подобно другому правовѣрному хану, халифъ „сидѣлъ потупя взоръ, янтарь въ устахъ его дымился...“ За послѣднее десятилѣтіе Могуловъ крѣпко колотили Махраты и бѣдные правовѣрные очень этимъ огорчались, тѣмъ болѣе что Махраты дѣйствовали подъ предводительствомъ непобѣдимаго Сиваджи—Декканскаго Ильи Муромца. Аджанубаху II, по пророчеству пандита Васишти, угрожалъ захватить въ свои „длинныя руки“ всѣ дотолѣ покоренныя императоромъ государства Индіи*[1] и отмстить за родину Аджану Баху 1го. Вдругъ Аадруезебе (буквально „краса престола“) затрясся какъ осиновый листъ и вскочивъ, молча и съ полными ужаса глазами, указалъ придворнымъ въ уголъ. Придворные ничего въ углу не увидали, но всѣ слышали какъ раздался чей-то дряхлый, но громкій голосъ и слова: „горе... горе великому дому Тамура! Пришелъ конецъ его величію!..“ Императоръ повалился безъ чувствъ. Онъ клялся что видѣлъ тѣнь своего предка Акбара, который и повторилъ это ужасное пророчество, уже разъ произнесенное имъ по преданію на смертномъ одрѣ...
Съ той минуты все царство пошло вверхъ дномъ и разорилось въ прахъ. Аарунгзебе умеръ въ 1707, а съ „Красою престола“ исчезло и все величіе его династіи.
Мы не вѣрили этому происшествію; но посѣтивъ „залу аудіенцій“ и увидавъ тотъ самый уголъ въ которомъ Акбаръ являлся своему правнуку, мы принуждены были сдаться предъ очевидностью.
* Аурукзебе называя себя горделивымъ прозвищемъ „покорителя вселенной“ всегда приказывалъ носить предъ собою золотой глобусъ въ видѣ символа... Но дабы смиренно показать міру что онъ только завоевалъ еще всего три четверти вселенной, онъ имѣлъ обыкновеніе отрывать уголъ отъ всякаго листа употребляемаго имъ для корреспонденціи.
изъ пещеръ и дебрей индостана.*
Въ городѣ Агрѣ, въ Акбаровской крѣпости находилась оружейная, которою Сипаи воспользовались въ 1857 дабы перерѣзать всѣхъ Англичанъ. Теперь оружейную перенесли въ „залу аудіенцій“ и сдѣлали изъ нея крѣпость въ крѣпости, держа оружіе подъ 77 замками. Въ моемъ скромномъ мнѣніи, лучше бы Англичане не плясали на мавзолеяхъ халифовъ и вообще бы менѣе безобразничали, чтò и оказалось бы наипрочнѣйшимъ замкомъ.
Крѣпость тянется на цѣлую милю по берегу рѣки и ея стѣны въ 85 ф. высоты и необычайной толщины способны вселить подобающій страхъ въ душѣ осаждающихъ оную... но только тѣхъ кто явился бы безо всякаго запаса новѣйшей усовершенствованной артиллеріи. Съ помощью послѣдней, эта цитадель, хотя и укрѣпленная еще болѣе за послѣднее двадцатилѣтіе, также оказалась бы неспособною выдержать штурмъ, какъ и въ 1803, когда лордъ Лэкъ съ небольшимъ количествомъ древнихъ пушекъ принудилъ къ капитуляціи въ первый же день осады засѣвшихъ въ ней 6.000 Махратовъ. Между сокровищами „оружейной“, куда насъ, впрочемъ, на этотъ разъ не пустили, находятся двѣ половины великолепныхъ рѣзныхъ воротъ въ 12 ф. вышины съ богатѣйшею мозаичною выкладкой и украшенныя гербами изъ чистаго серебра. Съ этими воротами, у которыхъ своя исторія, произошла необычайная и никѣмъ еще не разгаданная метаморфоза. Они были изъ сандальнаго дерева, наполняли ароматомъ окрестности, и когда-то составляли по исторіи часть украшеній браманской великой пагоды въ Сумнаѣ; но въ 997 году были унесены оттуда Афганскимъ султаномъ Махмудомъ, который въ томъ же году разорилъ, предавъ мечу и огню весь Гуджератъ, съ цѣлью наказать язычниковъ и вмѣстѣ съ тѣмъ наградить самого себя добычей. Эти сандальныя ворота считались chef d’oeuvre туземной рѣзьбы; они были до того драгоцѣнны и почитаемы народомъ Индіи что Махмудъ приказалъ ихъ съ большими издержками перевезти въ Газни, гдѣ имъ въ послѣдствіи сдѣлали честь поставивъ ихъ у входа къ мавзолею самого султана. Это присутствіе столь священнаго въ глазахъ Индусовъ предмета на мусульманскомъ кладбищѣ, разчитанное съ намѣреніемъ дабы напоминать народу о верховной власти Могуловъ, стояло клиномъ въ горлѣ у брамановъ. Много разъ порывались они отнять силой, а не то такъ и украсть священныя ворота, но все<... continues on page 6-222 >
* См. Моск. Вѣд. 1879 года: №№ 305, 306, 310, 315, 317, 319, 321, 324. Особ. Приб. къ № 329, № 332 и 1880 года: №№ 28, 36, 48, 55, 64, 69, 76, 80, 81, 88, 97, 112, 115, 117, 129, 137, 145, 154, 165, 179, 200, и 1881 года №№ 23, 40, и 54 и 115.
Editor's notes