 |
vol. title: Russian Newspaper Articles vol. period: 1878-1880 pages in vol.: 231 The obscured text is restored from the exact newspaper original: Moskovskie Vedomosti, No. 2, 2 January 1883, p. 3. |
< From the Caves and Wilds of Hindustan (continued from page 6-228) >
полтора, двое щитоносцевъ тихо шагали предъ запертымъ входомъ, а трое другихъ лежали неподвижно поперекъ входа. Проходя въ мою собственную палатку, я столкнулась въ темнотѣ, почти носъ къ носу, съ розовымъ шпіономъ, узнавъ его скорѣе по распространяемому имъ запаху водки нежели по платью и фигурѣ. Онъ очевидно подслушивалъ и при моемъ появленіи быстро исчезъ въ темнотѣ...
Около часа спустя ко мнѣ кто-то постучался о перекладину входа. Я еще не ложилась, намѣреваясь зайти еще разъ къ злополучной миссъ Б***. Услышавъ стукъ, я было по привычкѣ уже открыла ротъ чтобы произнести обычное „come in!“ какъ вдругъ появились, будто изъ-подъ земли выросли, два рослые, мохнатые Раджпута у входа, гдѣ они и остановились какъ вкопанные, оба опираясь на винтовку и вопросительно смотря мнѣ въ глаза. Признаюсь, это внезапное появленіе меня и сконфузило, и озадачило. Ни они меня, ни я ихъ не понимала, и объясненія обоихъ могли бы продлиться до утра еслибы не разгнѣванный голосъ нашего почтеннаго полковника, раздавшійся уже съ другой стороны палатки.
— Чтò за чортъ! кричалъ онъ.—За леопарда они меня что ли принимаютъ здѣсь, что не подпускаютъ и на три ярда отъ палатки! Выйдете-ка на минуту, заголосилъ онъ еще громче, съ явнымъ намѣреніемъ быть услышаннымъ мною.—Посмотрите чтò они творятъ!.. Да что это они держатъ васъ подъ арестомъ или чтò?...
Быстрѣе молніи промелькнуло у меня въ головѣ опасеніе не замѣшанъ ли въ этомъ Англичанинъ-шпіонъ, котораго я еще за часъ до того встрѣтила почти у порога палатки. Идея была глупая,[1] но не невѣроятная. Она впрочемъ тотчасъ же разсѣялась, когда на зовъ полковника, я быстро направилась ко входной и единственной двери. Не только меня пропустили совершенно безпрепятственно мои мохнатые Раджпуты, но даже, при приближеніи моемъ, оба распластались на подобіе каракатицъ на пескѣ, въ знакъ покорности и благоговѣнія, такъ что мнѣ пришлось пройти чуть не по головамъ воиновъ.
Когда я вышла, глазамъ моимъ предстала картина напоминавшая мнѣ характерные балеты на американскихъ сценахъ, представляющіе пляску „воиновъ“ (wardance) краснокожихъ Индѣйцевъ—на „тропѣ сраженія“. Три другіе Раджпута, такіе же мохнатые и вооруженные какъ и два первые, скрестивъ три сабли правою рукой противопоставляли лѣвой свои три огромные носороговые щита наступательнымъ движеніямъ моего уважаемаго президента. И все это въ глубочайшемъ молчаніи и съ выраженіемъ самаго смиреннаго подобострастія на лицахъ, какъ и въ энергической мимикѣ. Сдѣлаетъ ли Mr. O*** шагъ налѣво, и они прыгнутъ въ унисонъ подставляя щиты; скачекъ съ его стороны направо, и они предъ нимъ съ непроходимою стѣной щитовъ. Увидя меня, они мгновенно опустили свои доспѣхи и остановились какъ вкопанные.
Чрезвычайно обрадовавшись моему появленію, полковникъ замѣтилъ что онъ имѣетъ сказать мнѣ нѣчто весьма важное, а ужъ затѣмъ приступить къ разъясненію страннаго поведенія Раджпутовъ и собирался уже войти въ палатку, какъ вдругъ его окликнулъ Нараянъ.
— Полковникъ-саабъ! тихо позвалъ онъ его,—погодите! меня къ вамъ послалъ Такуръ-саабъ...
— Чтò такое!.. Чтò случилось? вопрошалъ Mr. O*** недоумѣвая.
— Маха-саабъ* велитъ вамъ сказать чтобы вы лучше не заходили къ Бай-саабъ... Мы здѣсь въ Раджистанѣ, и у нихъ... совершенно другія понятія объ... этикетѣ нежели въ Европѣ и даже нежели у насъ—въ центральной Индіи... Не ходите, иначе вы ихъ шокируете болѣе нежели я въ состояніи выразить...
— Но почему же, и кого это можетъ шокировать?.. Затѣмъ кто эти странные люди?..
— Эти люди присланные Деваномъ Махараджи Бертпурскаго тѣлохранители, почетная гвардія мадамъ-саабъ; отвѣчалъ Нараянъ.—А шокированною почувствуетъ себя цѣлая страна... Какъ же можно входить въ зенану** послѣ заката солнечнаго?..
— Въ зенану? да гдѣ же тутъ зенана?...
— На женскую половину... къ мадамъ-саабъ!
— Полковникъ громко и продолжительно свистнулъ.
— Гей, гей! Да развѣ въ ея года женщины сидятъ еще въ зенанахъ!.. воскликнулъ онъ вытаращивъ глаза и непочтительно расхохотавшись. Засмѣялась и я такому откровенному замѣчанію.
— Дѣло не въ годахъ, саабъ, серіозно замѣтилъ Нараянъ,—а въ уваженіи къ женскому полу. У Раджпутовъ чѣмъ старѣе женщина тѣмъ почтительнѣе съ нею обходятся...
— Ну коль нельзя, такъ и не войдемъ, добродушно согласился полковникъ.—А я было положительно заподозрилъ ихъ въ желаніи ограбить меня и совершенно не понималъ чего это они пляшутъ предо мною! Такъ пройдемтесь къ станціи и я вамъ разскажу дорогой... да кстати узнаемъ и что наша старая Б*** подѣлываетъ... Знаете,—добавилъ онъ радостнымъ шепотомъ какъ скоро ушелъ Нараянъ,—что Такуръ допускаетъ меня къ „первому искусу“...
— Знаю; вѣдь это онъ еще при мнѣ вамъ обѣщалъ, если счастливо пройдете предварительное испытаніе...
— Нѣтъ, это совсѣмъ другое. Онъ позволяетъ мнѣ попробовать кхумбаки и пураки... Когда бы я ни пожелалъ!
— Господи! въ ужасѣ всплеснула я руками.—Да вѣдь это вы, значитъ, будете висѣть внизъ головой и не дыша. по цѣлымъ часамъ? Да съ вами будетъ непремѣнно ударъ! Въ своемъ ли вы умѣ?
— Почему же непремѣнно ударъ? Все зависитъ отъ силы воли, а въ ней у меня недостатка никогда не было, немного обидѣвшись отвѣчалъ O***.
— Ну, какъ знаете... Только смотрите, не смѣется ли онъ надъ вами?.. Онъ только желаетъ вамъ доказать какъ совершенно неспособенъ Европеецъ къ подвигамъ индѣйскаго аскетизма...
Въ первый разъ со временъ нашего знакомства достойный Американецъ чуть не разбранился со мною за это замѣчаніе. „Вамъ какъ будто завидно“ повторялъ онъ, не взирая на мое заявленіе что рѣшительно не вижу чему бы можно было завидовать въ подобномъ висячемъ положеніи летучей мыши, что повиснуть вѣдь всякій можетъ, была бы на то охота, а что онъ только наживетъ себѣ этимъ бѣду и всѣ надъ нимъ станутъ смѣяться. Ничего не помогло и мои доводы не убѣдили его. Онъ пріѣхалъ де изучать „тайныя науки“ и изучитъ ихъ.
— Да вы на чтò же рѣшились? разсердилась я наконецъ.—Факиромъ разрисованнымъ коровьимъ навозомъ желаете быть, или раджъ-іогомъ? Такъ вѣдь вы или забыли, или же не знаете что первымъ настоящая гупта-видья столько же знакома какъ и вамъ, а настоящіе раджъ-іоги, такіе какъ Такуръ, внизъ головой и вверхъ ногами не висятъ и мозговъ себѣ вверхъ дномъ не перетряхиваютъ...
Послѣдній аргументъ видимо поразилъ его.
— Какъ? Развѣ Такуръ не практиковался въ 86 позиціяхъ предписанныхъ іогой Патанджали?..*[2]
— Очень это похоже на него, который всегда говоритъ съ такимъ презрѣніемъ о юродствахъ „хаттха-іоговъ“, то-есть тѣхъ которые, слѣдуя мертвой буквѣ ученія Патанджали, стоятъ по цѣлымъ днямъ на головѣ, вростаютъ ногтями ногъ въ землю, или же, продѣвъ за бедро и кожу спины желѣзный крюкъ прикрѣпленный къ чакрѣ,** крутятся повиснувъ на немъ какъ кусокъ сырой говядины на безменѣ, пока не сорвутся!
— Но какже, онъ... дозволяетъ мнѣ?
— Дозволяетъ чтобъ отвязаться отъ васъ, потому что вы пристаете къ нему слишкомъ, и онъ желаетъ васъ проучить, вѣроятно... Не сердитесь, полковникъ, но гдѣ же вы когда встрѣчали факира или даже простаго байраги-госсейна (нищенствующаго монаха) съ такимъ какъ у васъ... брюшкомъ?
O*** снова обидѣлся, даже огорчился.
— Но я могу похудѣть! Я только желаю ему показать силу воли моей, доказать что не одни Индусы достойны посвященія въ высшія „тайныя науки“.
— Не этими фокусами докажете вы это ему. Я его лучше васъ знаю... Полноте, не морочьте себя напрасными надеждами! Благодарите судьбу и за то что принадлежа оба къ ненавидимой и презираемой имъ „бѣлой расѣ“, видя лучше всякаго другаго нашу безусловную горячую къ нему преданность, а быть-можетъ еще болѣе за нашу искреннюю симпатію къ его народу и уваженіе къ родинѣ его нежели за первое—онъ дѣлаетъ такое неслыханное для насъ исключеніе!.. Не требуйте отъ него того чего онъ не можетъ, быть-можетъ не смѣетъ намъ дать и довольствуйтесь крохами которыя онъ намъ бросаетъ по дорогѣ.
— Но почему? же не отставалъ отъ меня полковникъ;—скажите почему! Вѣдь есть же у него ученики?
— Есть, да не такіе какъ мы съ вами... дѣти гнилой цивилизаціи, наслѣдники всѣхъ пороковъ Запада... Вотъ посмотрите на Нараяна: бѣдный малый и природный мистикъ и фанатикъ; онъ<... continues on page 6-231 >
* Великій господинъ.
** Зенана—гаремъ; женская половина дома.
Editor's notes
- ↑ The obscured text is restored from the exact newspaper original: Moskovskie Vedomosti, No. 2, 2 January 1883, p. 3.
- ↑ The texts of the printed notes marked * after Patanjali and ** after chakrâ appear on the following scrapbook page, 6-231. The two notes reproduced on this page belong to the earlier markers on this page.