 |
vol. title: Russian Newspaper Articles vol. period: 1878-1880 pages in vol.: 231 |
< From the Caves and Wilds of Hindustan (continued from page 6-3) >
ко держась во все остальное время пиршества за носовой платокъ....
За исключеніемъ тихаго пѣнія продолжавшагося всего нѣсколько минутъ, пиршество оказалось изъ самыхъ молчаливыхъ. Былъ понедѣльникъ—день постный, и правило гробоваго молчанія за пищей соблюдалось у нихъ въ тотъ день еще строже. Обыкновенно, когда при случаяхъ неизбѣжной необходимости случится кому проговорить хоть одно слово, то онъ спѣшитъ, омочивъ средній палецъ дотолѣ спрятанной за спиною лѣвой руки въ воду, увлажнить себѣ онымъ обѣ вѣки. Но дѣйствительно набожный человѣкъ не удовлетворяется такимъ очищеніемъ: прервавъ молчаніе, онъ обязанъ тотчасъ же встать, умыться и уже въ тотъ день не дотрогиваться до пищи.
Благодаря подобному гробовому молчанію, мнѣ представлялась возможность наблюдать за всѣмъ происходившимъ съ величайшимъ вниманіемъ. Нѣсколько разъ впрочемъ взглянувъ на полковника и мистера У*** уплетавшихъ рисъ пригоршнями, мнѣ стоило величайшихъ усилій чтобы опять не расхохотаться. Мною невольно овладѣвалъ неудержимый смѣхъ. Оба сидѣли съ невозмутимою важностью и неловко работали и локтями и руками. У одного вся борода была усѣяна словно инеемъ рисовыми зернами; у другаго вся нижняя часть лица испачкана жидкимъ шафраномъ; а по груди и неуклюже поджатымъ колѣнямъ текли зеленые ручейки пикулей. Но я счастливо удержалась и устремила свое вниманіе на необычайную процедуру Индусовъ. Постараюсь описать любопытные детали ихъ манеры обѣдать и ужинать.
Каждый изъ нихъ усѣвшись съ поджатыми подъ себя ногами и держа въ лѣвой рукѣ принесенный слугою кувшинъ, наливалъ себѣ изъ него воды сперва въ чашку, а затѣмъ въ горсть правой руки. Потомъ онъ медленно и долго кропилъ изъ оной вокругъ стоявшаго отдѣльно отъ другихъ кушаній листа съ яствами (какъ мы узнали для боговъ и духовъ) и во все время этой церемоніи напѣвалъ „мантру“ изъ Ведъ. Набравъ послѣ этого въ правую пригоршню рису, онъ повторялъ нѣсколько другихъ двустишій съ припѣвомъ, и отложивъ пять щепотокъ на правую сторону своей тарелки, снова умывалъ руки (отъ глазу), снова кропилъ водою вокругъ этой тарелки, и наливъ окончательно нѣсколько капель въ горсть правой руки выпивалъ оную. Потомъ проглатывалъ другія шесть щепотокъ рису, одну за другою, бормоча все время молитвы и обмакнувъ въ чашку съ водою средній палецъ лѣвой руки дотрогивался имъ до обоихъ глазъ. Въ заключеніе онъ пряталъ лѣвую руку за спину и тогда только начиналъ свой ужинъ правою. Все это совершалось въ нѣсколько секундъ, но съ большою торжественностью. Ѣли Индусы наклонясь всѣмъ туловищемъ впередъ и подбрасывая рукой пищу въ ротъ съ ловкостью японскихъ жонглеровъ, не проронивъ ни одного зернушка, ни проливъ ни единой капли изъ разныхъ жидкостей. Изъ уваженія къ хозяевамъ и вѣроятно желая оказать этимъ честь Индіи, нашъ полковникъ видимо старался подражать имъ въ каждомъ движеніи. Онъ также было наклонился далеко впередъ всѣмъ туловищемъ, но увы!—почтенное брюшко оказалось серіозною помѣхой. Потерявъ равновѣсіе онъ чуть было не свалился со своей скамеечки лицомъ прямо въ яства; счастливо отдѣлавшись на этотъ разъ одними очками, которыя полетѣли въ кислое молоко съ чеснокомъ. Послѣ такого несчастнаго опыта храбрый Американецъ разомъ отказался отъ дальнѣйшихъ попытокъ „индуизироваться“ и успокоился.
Всѣ кончили ужинъ по обыкновенію рисомъ приправленнымъ сахаромъ, толченымъ горохомъ, оливковымъ масломъ, чеснокомъ и гранатами. Это послѣднее лакомое блюдо они всегда ѣдятъ спѣшно, нервно, поглядывая на сосѣдей и какъ бы въ перегонку. Каждый изъ нихъ смертельно боится опоздать и кончить послѣ другаго, такъ какъ это чрезвычайно дурная примѣта. Передъ самымъ концомъ они снова забираютъ воды въ горсть и, пошептавъ надъ нею заклинанія, проглатываютъ ее залпомъ. Горе тому кто поперхнется при этомъ! Ему залѣзъ въ горло бхутъ (демонъ, духъ умершаго) и онъ долженъ бѣжать очищаться предъ алтаремъ. Эти злые духи людей умершихъ съ неудовлетворенными желаніями и земными страстями въ полномъ ихъ разгарѣ (другихъ безпокойныхъ покойниковъ они не признаютъ) сильно тревожатъ бѣдныхъ Индусовъ. Индійскіе духи, если вѣрить показаніямъ всѣхъ и каждаго, толкутся вокругъ смертныхъ, стараясь насытиться ихъ ртами и удовлетворить всѣмъ своимъ нечестивымъ земнымъ желаніямъ посредствомъ на время завоеванныхъ органовъ у живыхъ. Ихъ<... continues on page 6-29 >