 |
vol. title: Russian Newspaper Articles vol. period: 1878-1880 pages in vol.: 231 |
< From the Caves and Wilds of Hindustan (continued from page 6-3) >
ные, ухабистые овраги, густо заросшіе джунгломъ, въ которомъ, по пріятному показанію нашихъ возницъ, постоянно играли въ прятки тигры и другіе четвероногіе мизантропы лѣсовъ. Съ тиграми въ эту ночь мы не знакомились, но за то въ продолженіе всей дороги были угощаемы концертомъ цѣлаго общества шакаловъ. Неотвязно слѣдовали они за нами, разрывая уши своимъ воплемъ, дикимъ хохотомъ и лаемъ. Эти милыя животныя здѣсь до того дерзки и вмѣстѣ съ тѣмъ трусливы что хотя они въ ту ночь бѣгали вокругъ стаями достаточными численностію чтобы легко поужинать не только всѣми нами, но и нашими златорогими волами, ни одно изъ нихъ однако не осмѣлилось подойти ближе какъ на нѣсколько шаговъ разстоянія. Достаточно было стегнуть одного изъ нихъ длиннымъ кнутомъ, которымъ мы запаслись отъ змѣй, чтобы вся стая съ невообразимымъ визгомъ далеко отбѣгала прочь. И однако же погонщики не пренебрегли ни однимъ изъ своихъ суевѣрныхъ средствъ противъ нападенія тигра. Они хоромъ пѣли заклинательныя молитвы „мантры“, сыпали бетелемъ по дорогѣ, въ знакъ своего уваженія къ лѣсному „раджѣ“, и послѣ каждаго куплета заставляли воловъ становиться на переднія колѣни и низко наклонять въ честь высшихъ боговъ голову, причемъ легкая какъ орѣховая скорлупа экка грозила каждый разъ, вмѣстѣ съ сѣдокомъ, перекинуться вверхъ дномъ черезъ рога животныхъ. Это пріятное путешествіе въ темную ночь длилось пять часовъ. Мы достигли „гостиницы пилигримовъ“ лишь въ шесть часовъ утра.
Настоящая причина святости Насика, какъ мы узнали, не въ отрѣзанномъ хоботѣ великанши, а въ мѣстоположеніи города на Годавари, вблизи источниковъ этой рѣки называемыхъ почему-то туземцами Гангой (Гангесъ). Этому магическому имени, вѣроятно, городъ и обязанъ своими многочисленными, богатыми храмами и отборнымъ классомъ брамановъ поселившихся на берегахъ рѣки. Два раза въ годъ пилигримы собираются сюда молиться, и число странниковъ превышаетъ въ такіе торжественные дни даже населеніе Насика (35.000). Чрезвычайно живописны, но столь же и грязны дома богатыхъ брамановъ, построенныхъ вдоль спуска, отъ центра города до самыхъ береговъ Годавари, по обѣимъ сторонамъ которой тянутся цѣлые лѣса узкихъ пирамидальныхъ храмовъ. Всѣ эти пагоды выстроены на развалинахъ старыхъ, до тла разоренныхъ фанатизмомъ мусульманъ. Легенда повѣствуетъ будто большая часть ихъ возникла изъ атомовъ пепла обожженнаго хвоста бога-обезьяны, Ханумана. Удирая по воздуху изъ Ланки, гдѣ этому храброму герою Равана поджегъ хвостъ, предварительно натеревъ его какимъ-то горючимъ веществомъ, Хануманъ однимъ скачкомъ по воздуху очутился надъ своею родиной Насикомъ. Тутъ сіе благородное украшеніе обезьяньей спины, по дорогѣ совсѣмъ обуглившееся, стало разсыпаться въ прахъ. И вотъ по мѣрѣ того какъ хвостъ испепелялся, изъ каждаго священнаго, падавшаго на землю атома возникалъ храмъ.... И дѣйствительно, съ горы, это собраніе безчисленныхъ пагодъ, разбросанныхъ въ самомъ странномъ, анти-архитектурномъ безпорядкѣ, выглядываетъ точно ими кто посыпалъ съ неба на землю. Не только берега и всѣ окрестности покрыты храмами, но даже островки на рѣкѣ и торчащія изъ воды скалы... И что ни храмъ, то легенда, которую каждый браманъ изъ массы этихъ наслѣдственныхъ жуликовъ разсказываетъ на свой манеръ, въ надѣждѣ конечно на приличное вознагражденіе.
Здѣсь, какъ и всюду въ Индіи, брамины раздѣлились на двѣ секты: поклонниковъ Шивы и поклонниковъ Вишну, между коими идутъ вѣковыя распри. Хотя окрестности Годавари украшены двойнымъ ореоломъ славы, какъ родины Ханумана и театра первыхъ и славныхъ дѣйствій Рамы,* воплощеннаго Вишну, противъ Раваны, царя Цейлонскаго, но въ немъ находится столько же, если не болѣе, храмовъ, посвященныхъ Шивѣ какъ и Вишну. Большая часть пагодъ выстроенныхъ первому изъ чернаго базальта. Вотъ этотъ-то цвѣтъ, какъ цвѣтъ обожженнаго хвоста союзника Рамы, и служитъ яблокомъ раздора. Съ самаго начала своего владычества, Англичане получили въ наслѣдство нескончаемыя тяжбы между воюющими сектантами,—тяжбы, рѣшаемыя обыкновенно лишь для того только чтобы немедленно переходить въ другую инстанцію, и всегда возникающія по поводу этого самаго злополучнаго хвоста съ его претензіями. Этотъ хвостъ является таинственнымъ deus ex machina, направляющимъ всѣ помыслы насикскихъ брамановъ pro и contra. Объ этомъ хвостѣ было исписано больше<... continues on page 6-7 >
* См. Asiatic Journal 1827, vol. XXIII, p. 353.