 |
vol. title: Russian Newspaper Articles vol. period: 1878-1880 pages in vol.: 231 |
< From the Caves and Wilds of Hindustan (continued from page 6-3) >
бумагъ и прошеній нежели въ ссорѣ о гусѣ между Иванъ Иванычемъ и Иванъ Никифорычемъ, и пролито болѣе чернилъ и желчи нежели имѣлось грязи въ Миргородѣ съ сотворенія міра. Свинья, такъ благополучно рѣшившая пресловутый Гоголевскій споръ, была бы неоцѣненнымъ благодѣяніемъ въ Насикѣ по этому щекотливому дѣлу. Къ сожалѣнію, даже „свинья“, если она только „русская“, немыслима въ Индіи: Англичане тотчасъ же заподозрили бы ее и арестовали бы какъ русскую шпіонку...
Въ Насикѣ показываютъ ванну Рамы; пепелъ набожныхъ Индусовъ привозится сюда издалека дабы быть брошеннымъ въ священныя воды Годавари и смѣшаться на вѣки съ Гангомъ. Въ одной древней рукописи упоминается указъ главнаго изъ полководцевъ Рамы, о которомъ впрочемъ не упоминается въ Рамаянѣ. Въ этомъ указѣ говорится о рѣкѣ Годавари, какъ о пограничной линіи между царствами Рамы, царя Айодьи (Аудъ) и Раваны, царя Ланки. Легенды же и поэма Рамаяны указываютъ на это мѣсто какъ на то гдѣ Рама увидѣвъ на охотѣ прелестную антилопу и, сгорая желаніемъ поднести шкуру ея своей возлюбленной Ситтѣ, впервые перешелъ границу собственнаго царства и вступилъ въ область неизвѣстнаго сосѣда. Не подлежитъ ни малѣйшему сомнѣнію что и Рама и Равана и даже быть-можетъ Хануманъ, произведенный почему-то въ обезьяну, историческія, когда-то дѣйствительно существовавшія личности. Ходили глухіе толки, лѣтъ 50 тому назадъ, о томъ что у брамановъ находятся въ рукахъ много чрезвычайно цѣнныхъ рукописей. Говорили что одна изъ нихъ цѣликомъ относится къ той до-исторической эпохѣ, когда Арійцы, впервые вторгшись въ страну, затѣяли безконечную войну съ темными Аборигенами Южной Индіи. Эти толки заставили было одного изъ „коллекторовъ“, нѣчто въ родѣ уѣздныхъ начальниковъ (сколько я понимаю), совѣтовать правительству „заставить брамановъ силою выдать всѣ подобныя рукописи; тщательно обыскать всѣ углы пагодъ, ворваться въ ихъ тайники и, не взирая на протесты суевѣрныхъ фанатиковъ, доказать имъ что Англичане властелины, а они рабы. Къ счастію властелиновъ, а быть-можетъ къ несчастію рабовъ, они этой глупости не сдѣлали. Фанатизмъ въ дѣлѣ религіи есть единственное звено крѣпко связующее всѣ эти враждующія секты и касты. Англичане хорошо понимаютъ это и потому никогда не оскорбятъ своихъ рабовъ въ вопросахъ чисто религіозныхъ. Если не самые брамины, то ихъ храмы и алтари безусловно неприкосновенны.
Самое однако же интересное въ Насикѣ—пещерные храмы расположенные въ пяти миляхъ отъ города. Отправляясь осматривать ихъ на другой день нашего пріѣзда, мнѣ и не снилось что „хвостъ“ станетъ снова играть значительную роль въ нашемъ визитѣ въ Насикъ; что на этотъ разъ онъ положительно спасетъ меня, если не отъ смерти, то отъ очень непріятныхъ и быть-можетъ опасныхъ ушибовъ. Вотъ какъ это случилось.
Такъ какъ приходилось долго ѣхать въ крутую гору, то мы рѣшились отправиться на слонахъ. Намъ привели лучшую парочку въ городѣ, самца и самку, на которыхъ, по увѣренію хозяина, „ѣздилъ самъ принцъ Вельскій и остался доволенъ“. За все удовольствіе туда и назадъ, на цѣлый день мы сторговались заплатить по двѣ рупіи за слона, ударили по рукамъ и стали приготовляться.
Наши товарищи туземцы, съ малолѣтства привыкшіе джигитовать на слонахъ, мигомъ очутились на спинѣ у своего. Какъ мухи облѣпили они его, преспокойно разсѣвшись гдѣ ни попало, цѣпляясь за разныя веревочки сидѣній гораздо болѣе пальцами ногъ нежели рукъ и вообще представляя картину полнаго довольствія и комфорта. Подъ насъ, Европейцевъ, какъ самую смирную изъ двухъ, приготовили слониху, на спинѣ которой прикрѣпили нѣчто въ родѣ двухъ скамеечекъ, на сидѣньи покатомъ на обоихъ бокахъ и безъ малѣйшей опоры для спинъ. Недовѣрчиво посматривали мы на это „усовершенствованное“ сидѣнье, но дѣлать было нечего. Нашъ вожакъ (махутъ) помѣстился между ушами громаднаго животнаго (о ростѣ котораго несчастные подростки показываемые въ странствующихъ циркахъ Европы даютъ весьма слабое понятіе), а мы, съ постыднымъ чувствомъ мурашекъ по всему тѣлу, кое-какъ взлѣзли по лѣсенкѣ на спину слонихи ставшей по приказанію махута на колѣна. Она отвѣчала поэтическому названію чанчули-пери (въ переводѣ „дѣятельная пери“) и была дѣйствительно самая послушная и веселая изо всѣхъ когда-либо встрѣчаемыхъ мною слоновъ. Крѣпко цѣпляясь другъ за друга, мы наконецъ подали сигналъ, и махутъ, вооруженный желѣзнымъ дро-<... continues on page 6-8 >